Путь укажет музыка

Волшебные звуки музыки. Они поведут нас в прогулку по Пятигорску, и не только в пространстве, но и во времени. Когда могли впервые услышать музыку первые посетители Горячих Вод? Наверное, более двухсот лет назад. Ведь поблизости от Горячеводского поселения находились тогда горские аулы, жители которых не представляли свой быт без музыки. И представители «водяного общества», бывавшие в этих аулах, не могли не слышать напевов гор. Может быть, не всем нравились эти бесхитростные мелодии, но натуры поэтические с удовольствием слушали их и надолго сохраняли в памяти.

Кавказские мелодии, услышанные на Водах, оплодотворили творчество замечательных русских композиторов, память о которых хранят дома на старых улочках Пятигорска. В заповедный лермонтовский квартал у подножья Машука входит дом, где в начале 30-х годов XIX века около двух лет провел «российский соловей», Александр Алябьев. Здесь им был создан цикл романсов, посвященный любимой женщине, встреченной на курорте. Но кавказские мелодии вошли в его душу еще летом 1818 года, когда он жил в одном из домов Горячеводской долины, к сожалению, точно не известно, в каком именно.

Зато мы хорошо знаем дом на проспекте Кирова, принадлежавший главному врачу курортов С. А. Смирнову. Летом 1863 года он приютил у себя композитора Милия Балакирева. Многих восхищают зажигательные ритмы «Исламея», в основу которого легли мелодии, услышанные Балакиревым от жителей гор, приезжавших в Пятигорск. А несколькими десятилетиями ранее такие же бесхитростные напевы, звучавшие в окрестных аулах, превратились в волшебную музыку, украсившую ткань оперы «Руслан и Людмила». Ее создатель Михаил Глинка провел лето 1823 года на Кавказских Водах, живя в доме некоей Хандаковой. Предполагается, что он стоял у «Цветника», там, где сейчас высится корпус санатория «Руно».

Первыми музыкантами на Водах были военные. Днем они озвучивали разводы и строевые занятия, а вечерами исполняли танцевальную музыку на балах, которые стали устраивать в пятигорской Ресторации. «Пятигорские балы довольно благовидны,— говорится в романе Е. Хамар Дабанова (псевдоним Е. Лачиновой) «Проделки на Кавказе», зала, где танцуют, опрятно содержана, изрядно освещена; музыка порядочная». В романе есть описание бала, несколько напоминающее то, которое встречаем в романе Лермонтова «Герой нашего времени». Польский, вальс, кадриль, мазурка — вот танцы, которые были популярны на балах. Со временем полковые оркестры стали играть и для публики, гуляющей у источников и по бульвару, который потребовался и нам для «музыкальной прогулки».

Как только на Водах стали появляться капитальные дома, в некоторых сразу же зазвучала музыка, исполняемая не только на скрипках, флейтах, гитарах, но и на пианино, даже роялях, которые, несмотря на их тяжесть, везли сюда из столичных городов. Одним из самых музыкальных был дом в Пятигорске «главного доктора» Вод Федора Петровича Конради. «Он отличный музыкант и своей страсти предается во все свободные минуты… Я наслаждалась целые вечера, слушая, как он переходит от фуги Себастьяна Баха к грустным варьяциям Бетховена или торжествующему менуэту Моцарта, сливая все мотивы в один» — так писала о Конради французская путешественница Омер де Гелль. Из ее записок нам известно, что именно он подал строителям Пятигорска братьям Бернардацци идею «озвучить» беседку «Эолова арфа» струнами, колеблемыми ветром. По мнению доктора, гуляющим было бы приятно слушать музыку, словно льющуюся с неба.

Еще один «музыкальный дом» принадлежал доктору И. Е. Дроздову. Его дочь Клавдия была известной пианисткой. Подружившись с Дроздовым, Лев Толстой, бывший пациентом доктора, часто бывал у него в гостях и, будучи человеком музыкальным, не раз играл с Клавдией в четыре руки серьезную музыку. Благодаря
Л. Н. Толстому нам известен еще один момент музыкальной жизни Кавминвод — концерт датской пианистки Елизаветы Кристиани, который состоялся 3 июля 1853 года в городском театре (ныне кинотеатр «Родина»).

В шестидесятые годы лечиться сюда приезжал М. Балакирев, известный и как отличный пианист. Он не раз выступал перед отдыхающей публикой с концертами. В семидесятые годы любители музыки, отдыхавшие на Водах, слушали выступления пианистки М. Мясоедовой, певца А. Николаева, а также некоего Кольдерацци, который исполнял популярные напевы на изобретенном им инструменте — мелодиуме. Местом этих концертов был чаще всего Николаевский вокзал в «Цветнике», снесенный за ветхостью уже в ХХ столетии.

И, разумеется, ежедневно в местах гуляния звучала музыка духовых оркестров. Позднее они понемногу уступают место струнным и симфоническим. Для выступлений музыкантов использовались все мало-мальски подходящие помещения. В Пятигорске это зал Ресторации, Николаевский вокзал в «Цветнике», небольшие залы гостиниц частных. Часто концерты давались под открытым небом — у Провала, в «Цветнике», в Казенном саду. А армянский ансамбль «Сазандари», регулярно выступая на площадке у «Провала», сделался непременной экзотической деталью пятигорского курортного бытия.

Музыкальная жизнь стала гораздо более интенсивной в начале ХХ столетия, когда в Пятигорске появились прекрасные концертные залы — Лермонтовская галерея, а потом и здание Всесословного клуба, где позже разместился театр оперетты. И, конечно же, обязательной приметой курортной жизни оставались регулярные концерты духового оркестра в «Цветнике», собиравшие массу слушателей. Они продолжались до начала 90-х годов, после чего стали большой редкостью. Думается, сегодня, когда восстанавливаются многие добрые традиции прошлого, неплохо бы возродить и концерты в «Цветнике». Наши предки не представляли себе курортного города без возможности «сходить на музыку». А чем мы хуже?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.