Чья правда?

«Russia Profile», Россия
Чья правда?
Роланд Олифант (Roland Oliphant)

С тех пор, как затонул «Курск», Владимир Путин узнал много нового о науке связей с общественностью, но до нижних эшелонов вертикали власти это знание доходит с трудом.
Катастрофа на Саяно-Шушенской ГЭС в Сибири и произошедшее почти одновременно с ней нападение террориста-самоубийцы на отделение милиции в беспокойной кавказской республике Ингушетия заставили многих вспомнить об ужасных катастрофах и террористических актах, омрачивших первые годы уходящего десятилетия. А кое-кого из независимых журналистов и блогеров произошедшее вынудило снова заподозрить власти в некомпетентности и цинизме.
С точки зрения науки пиара, реакция Путина на катастрофу на Саяно-Шушенской ГЭС была безупречной. Путин организовал видео-конференцию в тот же вечер, отправил несколько спецпредставителей, а к концу недели сам явился на место событий. Более того, Путин подчеркнул свою честность, опозорил губернатора, а также в одностороннем порядке продлил компенсационный пакет семьям пропавших без вести и погибших. Президент Дмитрий Медведев, занимавшийся взрывом в
Назрани, не отстал от премьера, быстро уволив министра внутренних дел республики и осудив некомпетентность правоохранительных органов.
Проблема в том, что ничему другому они не научились. После «Курска», Дубровки и Беслана пиар-агенты правительства стали работать намного лучше, но вот кризисные менеджеры остались на прежнем уровне.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.