Кровавая изнанка мифа

В конце прошлого столетия меня посетил корреспондент американской газеты «Нью-Йорк Таймс». И огорошил первым же вопросом:

— Я изъездил весь мир, но ни в одной из столиц не видел кладбищ в самом центре.

Он имел в виду могилы у Кремлевской стены и урны в самой стене.

Мне было трудно объяснить иностранцу, что это не столько место вечного покоя, сколько символ новой мифологии, которой нас старались зомбировать в течение семи десятков лет. Иногда, к сожалению, успешно.

И до сих пор остаточные коммунисты, давно потерявшие свой народ, упорно продолжают сеять неразумное, невечное и уж совсем не доброе. И до сих пор они держатся за мифы, борясь с историей, с правдой, с совестью.

А ведь подлинная история не только честнее мифа — она куда человечней и интересней.

Будущий глава Временного правительства России Александр Федорович Керенский и будущий вождь Октябрьской революции Владимир Ильич Ленин были земляками и почти соседями.

Володя Ульянов родился в семье попечителя народных училищ города Симбирска, за труд и прилежание получившего потомственное дворянство, и учился в гимназии, директором которой был отец Керенского. Причем семьи Ульяновых и Керенских поддерживали дружеские отношения. Бывали в гостях, ели пироги, перекидывались в картишки, по копеечке за вист. И маленький Саша Керенский смотрел на Володю снизу вверх не потому, что был младше и не вышел еще ростом, а потому, что брат Володи Александр был повешен в Петропавловской крепости за участие в покушении на царя. Нормальные отношения, нормальные занятия и почти нормальная легкая фронда провинциальной интеллигенции. Утверждают, что уже в те детские годы Володя Ульянов дал страшную клятву отомстить за гибель старшего брата. Неизвестно, была ли в реальности та клятва, но за брата Володя отомстил, попутно до основания разрушив прежнюю Россию.

Впрочем, он не любил Россию, не любил ее бестолковый романтический народ. Он любил постриженные газоны Швейцарии, солидных бюргеров, слаженно стучавших кружками в аккуратных пивных, чистенькие лесочки, в которых невозможно было подхватить никакую дурную болезнь. А вот в России он — подхватил. В сибирском селе Шушенском, куда был сослан на три года за участие в первых своих революционных кружках.

В мои школьные времена детская фотография Володи Ульянова печаталась на школьных тетрадях: милый круглолицый мальчик со смеющимися глазами. А теперь припомните одну из последних его фотографий. Худой, внутренне напряженный человек с тоскливым, удручающе тоскливым взглядом. Когда-то этот изменившийся лик объясняли отравленными пулями эсерки Фанни Каплан. Но, во-первых, отравленных пуль не бывает: температура в канале ствола столь высока, что разрушает любой яд. А во-вторых, почти слепая Фанни Каплан вообще в Ленина не стреляла — она спокойно прожила довольно долгую жизнь в центре Москвы, получая государственную пенсию. В Ленина стрелял его собственный охранник по личному распоряжению Владимира Ильича. Ему нужен был повод для расправы с эсерами, а заодно и хоть какая-то причина стремительного изменения его внешнего облика. Он вообще был мастером мистификаций и хорошо понимал силу мифа. В конце концов, мировая революция тоже была мифом — но каким привлекательным!

Советские учебники истории состояли почти сплошь из мифов — а как еще можно было объяснить необъяснимое?

В апреле семнадцатого Ленин в Питере выступал с броневика. Но как он попал на броневик? Как вместо благополучной нейтральной Швейцарии вдруг объявился в России, успешно миновав аж два фронта? В жизни так не получается, зато в мифах — легко. И вот получила широкое хождение страшная сказка о запломбированном вагоне, в котором, де, и провезли вождя мирового пролетариата среди разделанных туш убиенного скота.

Этот мифический вагон так бы и остался за всеми своими пломбами, если бы во времена быстротечной полит

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.