Лучше читать расписание поездов, чем не читать ничего

Эти заметки я начал писать, узнав, что ЮНЕСКО рекомендовало всем странам проводить Дни чтения, Дни книги. Тогда же пришло ощущение, что я, посвятивший жизнь занятиям литературой, не могу кратко определить, что же такое литература.
Англичанин Джон Голсуорси, автор «Саги о Форсайтах», считал литературой лишь то, что успел прочитать сам. Не уверен, что все, кто видит эти строки, знакомы с его эпопеей, и, значит, литература у них иная, чем у англичан, которые не представляют родимую прозу без «Саги».
На свете очень мало книг, которые читали все. Как-то в Индии меня упрекнули в незнании «Махабхараты», и я принял упрек, понимая, что моей жизни недостаточно для того, чтобы вникнуть в одну из самых глубоких книг чужой мифологии. Зато почти никто в Индии не читал «Повесть временных лет», тысячелетнее сочинение об истории наших предков, в котором растворились навсегда утраченные тома летописей. Из «Повести» произошло немало книг, от «Слова о полку Игореве» до «Песни о вещем Олеге» и исторических эпопей. От «Повести», от летописца Нестора, который начинал ее писать в Киевской лавре и довел до 1110 года, к нам пришло знание об основании Киева, о сражении князя Мстислава с Редедей, о том, как Ярослав Мудрый возводил Софию и Золотые ворота, о других славных делах. Но, если честно, многие ли из нас подробно знают об этой книге? Очень немногие.
Несколько месяцев назад, когда я приехал в Киев, довелось пройти по Софийскому собору с группой молодых людей. Было приятно, что они внимательно слушали мой рассказ о великом соборе, о страстях, бушевавших вокруг него, но странно было, что им ведомо так мало. А у нас в Москве все ли старшеклассники знают историю храма Василия Блаженного и даже Московского Кремля?
Диапазон знаний, круг чтения стали мировой проблемой. В Америке многие не слышали об Уитмене и Марке Твене. Был проведен быстрый опрос студентов журналистики Московского университета, стоявших возле учебного корпуса: читали ли они пушкинского «Бориса Годунова». Ни один из опрошенных не читал. Знакомый профессор-филолог сказал, что даже «Медный всадник» не известен многим столичным студентам подробно. О стихах Жигулина, Чичибабина и Рубцова и говорить нечего…
Если, по определению Голсуорси, считать литературой только те книги, которые прочитаны каждым из нас, то со многими современниками я существую как бы в разных литературах, а то и вовсе в разных культурах. Меня это не радует. Ведь отношения к ценностям культуры похоже на систему паролей, способ узнавания «свой-чужой»: скажи мне, кто твой любимый поэт, и я пойму, кто ты.
В страшные тридцатые годы совершенно конкретные наши земляки с партийными билетами уничтожали древние соборы, сжигали иконы. Рукописи и книги шли у них на раскурку. Хотя эти люди принадлежат к одному народу со мной, я не решусь назвать их земляками…
Дорогие соотечественники! Пожалуйста, читайте. Хотя бы детективы, потому что их содержанием является борьба за справедливость, желание наказать убийцу или вора. Хотя бы любовные романы, потому что они по-своему воспитывают культуру чувств. Читая, мы учимся общаться с умными людьми и уходим из своих одиночеств. В эпоху стандартизации чтение воспитывает самостоятельно мыслящих людей. Именно поэтому я никогда не буду очерчивать для молодежи круги обязательного чтения.
Один умный человек сказал, что лучше читать расписание поездов, чем совсем ничего не читать. Жизнь обогащает нас опытом, книги умножают личный опыт чужим, помогают вникать в чужие проблемы и лучше понимать собственные. Надо нарабатывать привычку к чтению и читать ради себя, получая удовольствие от общения с насыщенными мыслью словами. По-прежнему я при помощи книг заглядываю в окна чужих домов, в чужое время, чужую жизнь. И приходит знание того, что не бывает чужой жизни. Понемногу понимаешь, что такое литература,

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.