Почему мы так говорим?

Клочок бумаги
Третьего августа 1914 г. германская армия вторглась в Бельгию, грубо нарушив ее нейтралитет. На другой день Англия предъявила Германии ультимативное требование вывести войска из Бельгии; в случае отказа Англия объявляла войну Германии. Вечером 4 августа английский посол в Германии Эдуард Гошен имел свидание с германским рейхсканцлером Бетман-Гольвегом (1856-1921), от которого должен был получить ответ на ультиматум. Бетман-Гольвег на требование Англии ответил отказом. Когда же Гошен напомнил ему о международном договоре, в котором Пруссия наряду с другими державами гарантировала нейтралитет Бельгии, Бетман-Гольвег в раздражении воскликнул: «Итак, из-за клочка бумаги вы намереваетесь воевать с родственной вам по крови нацией?» В ночь с 4 на 5 августа Англия объявила войну Германии, а 8 августа Гошен послал своему правительству подробное донесение о беседе с Бетман-Гольвегом, упомянув и о «клочке бумаги». Это донесение было опубликовано в английской «Синей книге», а выражение «клочок бумаги» получило широкую огласку и было подхвачено прессой Антанты и нейтральных стран. Впоследствии Бетман-Гольвег пытался оправдаться тем, что свою злополучную, ставшую исторической фразу он произнес, раздраженный сознанием, что охрана прав Бельгии была лишь благовидным предлогом вступления Англии в войну, «неизбежным последствием которой будет уничтожение мировых ценностей, более значительных, чем нейтралитет Бельгии. Трактовка со стороны империалистической Германии заключенных ею договоров как «клочков бумаги» вошла в историю.
«Наиболее гнусным и возмутительным примером нарушения международного договора является вероломное нападение Германии на Советский Союз вопреки торжественно заключенному и ратифицированному ею договору о ненападении от 23 августа
1939 г. СССР неуклонно выполняет свои международные обязательства и решительно осуждает про­извольное и одностороннее расторжение заключенных договоров» (История дипломатии, т. III, М.-Л., 1945, с. 794, 812, 814). Выражение «клочок бумаги» имеет до сих пор международное хождение (примером могут служить похеренные Украиной «Женевские соглашения»). Кроме того, выражение это применяется и в тех случаях, когда говорят о вообще безответственном отношении человека к принятым им на себя обязательствам, закрепленным в каком-нибудь документе.

Прикажут — завтра же
буду акушером
Слова писателя Н. В. Кукольника (1809-1868). В такой редакции эту фразу передает М. Е. Салтыков-Щедрин в предисловии к отдельному изданию сатирических очерков «Господа ташкентцы» (1873), ссылаясь на записки композитора М. И. Глинки. В «Записках» по этому поводу рассказано: «Однажды в течение вечера он [Кукольник] необыкновенно ясно и дельно изложил словесно историю Литвы по моему желанию. Когда я изъявил мое удивление, он отвечал, улыбаясь: «Прикажет государь, завтра буду акушером» («Русская старина», 1870, т. II, с. 384). Фраза Кукольника как формула беспрекословного исполнения чьих-либо приказаний, требований приобрела крылатость в редакции Салтыкова.

Рубрику ведет
Сергей Дрокин,
главный редактор
но-ЧУ «Газета «Пятигорская правда»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.