Россия и казаки-осетины

До конца XVI века осетины-аланы занимали обширную территорию на Северном Кавказе, но на рубеже XIV—XV вв., потерпев ряд тяжелых поражений от татаро-монголов, были оттеснены в горы, где до присоединения к России жили в ущельях.

С нашествием татаро-монголов на Северный Кавказ дальнейшее развитие экономической жизни алан было задержано, а во многих местах и прервано. Особенно большой урон был нанесен земледелию. Оттесненные в результате монгольского нашествия в горные ущелья Центрального Кавказа и оказавшиеся, таким образом, в крайне тяжелых экономических и природных условиях, они тем не менее остались верными своим древним хозяйственным традициям. Многовековой опыт пригодился им для создания горного земледелия и выработки новых земледельческих навыков и приемов, без которых невозможно было создать земледельческое хозяйство в горах.

Как показывают этнографические материалы и письменные источники, в горах были и такие осетинские семьи, которые не имели и клочка собственной земли. «Немало здесь, — отмечал в 1889 г. этнограф С. Туккаев, — совершено безземельных и даже бездомных семейств». «Осетинское подворье» первоначально было основано в 1745 г. в Кизляре, где были сосредоточены русские войска… В середине XVIII столетия, около 1752 г., миссионерское общество «Осетинское подворье» было переименовано в «Осетинскую духовную комиссию».

С 1763 года постоянным местопребыванием комиссии был город Моздок. Начальником комиссии был назначен из русских протопопов Афанасий Лебедев. Ему была дана Инструкция от 9 апреля 1771 г. в отношении миссионерства, как должны поступать миссионеры во время проповеди.

Сделано это было российским правительством с целью приобщения осетин к христианской религии и привлечения их на сторону России. «Осетинская духовная комиссия» не только стимулировала обращение горцев в христианское вероисповедание, но и способствовала строительству на Северном Кавказе новых православных храмов, в частности, моздокского Успенского собора.

«С момента основания в 1763 году на Северном Кавказе крепости Моздок вокруг нее и в близлежащих степях стали селиться первые осетины – переселенцы из горных ущелий», — сообщает осетинский исследователь Б. Калоев.

«…Осетины, как и другие горцы, принявшие христианство, переселялись в Моздок, кроме приюта и защиты от врагов, получали по 20 рублей серебром на первоначальное обзаведение. Еще большее значение имел Моздок для туземцев-холопов: стоило только такому холопу, тяготившемуся своей неволей, явиться в Моздок, принять христианство, и он делался свободным. Благодаря такому положению, только за один год существования миссионерской деятельности было более 200 новокрещенных поселенцев» — это высказывание принадлежит старейшему кавказоведу конца 19 в. И. Беляеву. М. Ковалевский, обстоятельно занимавшийся исследованием древних общественных отношений у осетин, отмечал: «Осетинский двор в разных местностях Осетии представляет собой группу лиц в 20, 40, 60 и даже 100 или около того». О сохранении до позднейшего времени института большесемейных отношений у осетин говорит и другое сообщение М. М. Ковалевского: «Семейные разделы – явление сравнительно новое в быту осетин». В 1916 году М. Мисиков писал: «Сплошь и рядом в Осетии можно встретить многочисленную семью, среди которой имеются 2-4 и больше женатых сыновей». Большие семьи сохранялись в Северной Осетии вплоть до начала коллективизации в XX веке».

Большая семья в общественном отношении имела вес значительней, чем малая. Такая семья могла с успехом отстаивать свои права или даже притязания на определенное место в общественной структуре. Наконец, опасность насилия со стороны чужеродцев поддерживала долгие века необходимость жить большесемейным коллективом.

Большая семья размещалась в одном общем дворе, составляя в хозяйственном отношении единую ячейку. Осетинское горное жилище с его комплексом строений отражает дово

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.