Солдат Победы

Все меньше остается людей, чья жизнь вместила в себя тяготы Великой Отечественной войны. Вот и отец ушел навсегда.
Ирина берет в руки алую подушечку, на которой прикреплены боевые награды ее бати — солдата Победы Владимира Степановича Алпатьева: орден Отечественной войны II cтепени, медали «За освобождение Кавказа», «За взятие Варшавы», «За взятие Берлина».
С фотографии смотрит отец. Карие с лукавинкой глаза в сеточке морщин, седая пышная шевелюра. Ирина ставит возле портрета букет полевых цветов. Батя их так любил!
Она долго стоит у окна, где в мятущейся под ветром кроне березы уже проблескивают золотые грустинки осени. Вспоминаются рассказы отца, в которых живет правда о войне.
Солнечный июнь 1941 года. Мирную жизнь оборвала страшная весть о войне. Всем классом Алпатьев и его друзья-добровольцы атакуют военкомат, подают заявление о своем горячем желании бить фашистов. Но им отказали, сказали: подрастите немного! Володя, по примеру старшего брата, решил работать на шахте. На фронт он попал только в 1942 году, окончив курсы саперов.
Шел солдат по дорогам войны всем смертям наперекор. Владимиру Алпатьеву пришлось служить в железнодорожной части, работать с минами.
«Кто сказал, что на войне не страшно, тот ничего не знает о войне!..» Как верно подмечено! На войне не только страшно, но бывало и смертельно холодно. Однажды несколько бойцов стаскивали с Владимира смерзшуюся на теле шинель, и она колом, как северный чум, долго стояла на полу в растекающейся луже.
Какая иступленная вера в жизнь, какая сила помогала ему выдержать все перипетии и тяготы военных лет и идти вперед? Не сломиться, не сдаться, не ожесточиться. Не растерять в кровавой мясорубке военного лихолетья святой любви к Родине, готовность отдать за нее жизнь.
Поколение военных лет… У этих людей — особая закалка, стальной стержень.
Владимир Степанович Алпатьев каждый день смотрел в лицо смерти. Его называли на фронте везунчиком. Он выбирался из самых жарких передряг, дошел до Берлина и даже удостоился чести разминировать железную дорогу на Потсдам.
Однажды, в канун Дня Победы, отца пригласили выступить в школе перед ребятами. Владимир Степанович неважно себя чувствовал и попросил дочь пойти вместе с ним. Ирина видела, с каким неослабевающим вниманием слушали мальчишки и девчонки рассказ отца.
— Наш взвод разминировал железнодорожный переезд. У меня был приказ расчистить территорию, — вспоминал Владимир Степанович, глядя куда-то поверх ребячьих голов. — Лес стоял притихший. Пожелтевшие листья выдавали первые признаки осени. Обожженные деревья и переломанные ветви напоминали о недавних горячих боях.
Саперы работают на участке по два человека. Через двадцать метров — другая пара. Работа требовала предельного внимания и осторожности. От напряжения быстро уставали. Передышка, и опять — за работу.
Моим напарником был Саша Сидунов, помощник командира взвода. Мы с ним сняли уже по пять мин. Раскрывая шестую, аккуратно освободили ее от земли и обнаружили, что предохранитель едва держится в отверстии ударника. Я зажал ударник плоскогубцами, чуть пошевелил, а чека упала на землю. Вставил новый предохранитель, отполз.
— Отходим! — крикнул Александру.
И тут, не успел я подняться на колени, как прогремел взрыв…
Слышу крик:
— Вовку убило!
Лежу в растерянности: как это я убит, если все слышу? И руки, ноги вроде целы! Кричу:
— Я — живой!
И вдруг слышу тихий стон. Оглянулся, рядом со мной лежит окровавленный Пашка Данильченко. Оказывается, он был рядом с нами, что категорически запрещалось. Как потом выяснилось, ему разрешил идти на минное поле строевой офицер старший лейтенант Фокин, который недавно был назначен командиром минно-подрывного взвода и всех тонкостей нашего дела еще не знал. Его ошибка обернулась гибелью Павла, шахтера с Донбасса, простодушного и доброго парня. Он умер на операционном столе.
Интересно,

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.