…УТРОМ ПОЙДУ В ПАРК

Вот что записал Толстой в своем дневнике 12 сентября 1853 года: «Завтра утром пойду в парк, обдумаю главу Беглеца. Напишу ее до обеда». Запись эта очень волнует всех, кто пишет о пребывании Толстого в Пятигорске. Основываясь на ней, они, повторяя друг друга, утверждают, что парк явился местом создания немалой части произведения, известного нам как повесть «Казаки», что Толстой «в тени этого парка любил гулять и работать над планами и сюжетами своих произведений».

А какой парк имеется в виду? Ну, конечно же, тот, что сегодня именуется Парком культуры и отдыха имени С. М. Кирова. Другого-то, вроде, в Пятигорске нет! Дошло до того, что несколько лет назад, в день 1 мая (!), краеведческая общественность торжественно открыла мемориальную доску, помещенную у главного входа в этот парк, – на ней приведены те пресловутые строки из дневника.

Хочется спросить: а известен ли инициаторам создания доски полный текст дневников Льва Николаевича? Думается, что едва ли. В таком случае они прочитали бы запись, сделанную на следующий день, 13 сентября, когда, по их мнению, под сенью парковых деревьев рождались волшебные строки будущих «Казаков»: «Утром была тоска страшная, после обеда ходил, был у Буковского, Клунникова (эти лица неизвестны биографам писателя)… Потом пришла мысль Записок Маркера, удивительно хорошо. Писал, ходил смотреть Собрание и опять писал Записки Маркера».

Вот так, совсем по-другому, получилось у Льва Николаевича! И в парке он не был, и «Беглеца» не обдумывал. Правда, работал в этот день вдохновенно. Но все же «Записки маркера» — не «Казаки», которых он продолжал обдумывать, но в другие дни и в других местах.

А теперь о парке. Согласно словарю русского языка, парком называется «большой сад, роща с аллеями, цветниками, прудами и т.д.». В середине позапрошлого века наш нынешний парк таковым не являлся. Это был заложенный в начале 30-х годов питомник – о его назначении говорит название, приведенное в докладе Строительной комиссии от 7 июня 1845 года: «Казенный огород со школами цветов, виноградных лоз, фруктовых и разных родов широколиственных кустов и дерев для рассадки по публичным садам и цветникам». Никаких аллей, прудов, декоративных цветников там не было еще и в помине.

Это подтверждает и план Пятигорска, составленный в 50-х годах. Там зеленый массив в пойме Подкумка выглядит сплошной массой посадок, пересеченной одной-единственной прямой дорожкой. Да и назывался он, как видим, официально «Казенным огородом» или «садовой школой», а в разговорах жителей Пятигорска и приезжих «Казенным садом». Слово «сад» в его названии почти сохранялось до середины ХХ века. Даже в 20-е годы, когда эта зеленая зона давно уже была фактически парком – с аллеями, цветниками, прудами и фонтанами, — именовалась она то «Курортным садом имени 1 Мая», то «Курортным садом имени Карла Либкнехта». Статус парка был придан саду в середине 30-х годов. И только в 1952 году он официально стал именоваться парком.

Бывали ли там в середине XIX века жители и гости Пятигорска? Бывали, но ездили туда как на загородную прогулку – верхом или в экипажах. Так, в «Рассказе о дуэли Лермонтова» его автор, приятель поэта Н. П. Раевский, сообщая о празднике, который Михаил Юрьевич и его друзья собирались устроить в первых числах июля 1841 года, говорит: «…князь (В. С. Голицын) предложил устроить настоящий бал в Казенном Ботаническом саду. Лермонтов заметил, что не всем это удобно, что Казенный сад далеко за городом и что затруднительно будет препроводить наших дам, усталых после танцев, позднею ночью обратно в город. Ведь биржевых-то дрожек в городе было три-четыре, а свои экипажи у кого были?»

Едва ли за минувшие с той поры 12 лет положение изменилось. И если бы Толстой захотел побывать в Казенном саду, то написал бы не «пойду», а «поеду». Еще менее вероятно, что Лев Николаевич самовольно переименовал сад в парк – в обозначении мест своего пребывания о

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.