Я предузнал мой жребий…

Томные розы, напоив вечерний воздух нежным и тонким ароматом лета, мечтали о дожде. Как мечтает каждый цветок среди иссушающих жарких дней о драгоценных, сверкающих каплях влаги, чтобы впитать ее каждым лепестком, листочком с благодарностью и любовью к жизни. Но синее небо над Пятигорском было безоблачно и спокойно. Безмятежно спокойно. И все же в сердце каждого, кто пришел 27 июля в знакомый и милый уголок — Государственный музей-заповедник Михаила Юрьевича Лермонтова, таилось чувство безвозвратной утраты, которая не станет меньше с течением лет, но будет проявляться все сильней и острее для новых поколений людей, кто, однажды открыв для себя светлое имя поэта, вместе со вкусом его поэтических строк впитает горечь и трагизм судьбы, свершившейся над ним столь рано.
Все памятно усадьбе поэта, прожившего здесь недолго, но навсегда ставшего частью Пятигорска, его историей и славой. А домик под камышовой крышей, сто шестьдесят девять лет назад проводивший Лермонтова и ждавший его возвращения, принял в свои стены уже бездыханное тело поручика Тенгинского полка, чтобы проститься теперь навсегда. Об этом говорила, открывая вечер памяти поэта, директор Государственного музея-заповедника М. Ю. Лермонтова Ирина Сафарова, подчеркнув, что каждого приходящего сюда неизменно охватывает чувство сопричастности к жизни и смерти. Лермонтов предельно остро ощущал свой недолгий век и писал об этом с поразительной ясностью:
Я предузнал мой жребий,
мой конец,
И грусти ранняя на мне печать;
И как я мучусь,
знает лишь Творец;
Но равнодушный мир
не должен знать.
И не забыт умру я. Смерть моя
Ужасна будет; чуждые края
Ей удивятся…
Пророческие мысли, они приходили, словно из небытия, и ложились на бумагу, чтобы и через годы потрясать предвидением, даже не почти — реальным. Михаил Юрьевич еще за десять лет до своей гибели от рокового выстрела скажет:
Кровавая меня могила ждет,
Могила без молитв
и без креста…
Священник отказался отпевать тело Лермонтова, как участника дуэли. Но прощение, пусть и через годы, пришло. Уже в наше время Церковь пошла на уступки, мотивируя это тем, что сам поэт никого не убивал. И потому теперь каждый раз день гибели М. Ю. Лермонтова начинается с панихиды в Лазаревском храме и возложения цветов на место первого захоронения.
— Михаил Юрьевич Лермонтов был высокодуховным и искренне верующим человеком, — говорит Ирина Сафарова. — Это явственно видно из его произведений, наполненных глубокими переживаниями, сомнениями, обращением к религиозной тематике.
Поступки вольно судить людям. Но оценку строгую и беспристрастную способно дать только время. И лишь оно может рассудить — возвысить или предать забвению. Поручик Лермонтов уже в самый миг своей гибели отмечен был судьбой высоко и светло. Смерть — только тень над жизнью его, что неугасима отныне в веках.
А память — это наша благодарность за краткий миг земного бытия, вместившего так мало лет, но сумевшего дать так много…
Посвящением поэту стало выступление квартета «Гранд», исполнившего несколько музыкальных произведений, в том числе знаменитый вальс Свиридова из фильма «Метель». Заслуженный деятель искусств Карелии Николай Прокопец прочел отрывок из кавказской поэмы М. Ю. Лермонтова «Демон». Кавминводские поэты Сергей Рыбалко и Николай Бондаренко не оставили своим вниманием печальную дату и прочли собственные стихи о Лермонтове.
Гость из Москвы, солист Ансамбля песни и пляски Российской армии имени В. А. Александрова Сергей Путилин порадовал собравшуюся публику вокальным исполнением романсов под аккомпанемент их автора Анны Сааковой. Сергея с Кавказскими Минеральными Водами связывают в прошлом учеба в Минераловодском музыкальном колледже имени В. И. Сафонова и работа в пятигорском театре оперетты. Поэтому романс-посвящение заслуженной артистке РФ, солистке театра Ирине Комленко был тоже в канве соб

Марина КОРНИЛОВА.
Фото Александра ПЕВНОГО.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.